В Кривом Роге во время несложной операции смертельно травмировали 20-летнего пациента

logo
130193_v_krivom_roge_vo_vremja_neslozhnoj_operac.jpeg


В пятницу, 10 марта, этого года от причинённых во время хирургической операции по исправлению перегородки носа увечий умер 20-летний Денис Столярчук. За последние 8 лет это уже вторая подобная трагедия в Кривом Роге, в которой фигурирует та же больница с тем же главврачом и тот же оперирующий врач.

Об этом сообщила криворожский журналист Наталия Шишка в публикации «Чисто медицинское убийство» на своей странице в Facebook.

Как следует из публикации в результате проведенной в 1-й горбольнице операции умер практически здоровый пациент.

Из-за искривлённой от рождения переносицы Денис Столярчук испытывал затруднения при дыхании, в связи с чем врачи рекомендовали ему по достижении 18-летнего возраста сделать операцию по выравниванию перегородки носа. Для проведения операции 20-летний Денис обратился к заведующему отоларингологическим отделением первой горбольницы Владимиру Цицее.

Журналист опубликовала свидетельства матери умершего пациента о событиях, связанных с трагедией:

«Мы побывали у него на приёме ( у Цицея — ред.), потом сделали все необходимые анализы и томографию головы. Противопоказаний к операции не было. Но в первый раз, когда приехали ложиться, были какие-то проблемы с наркозом, и операцию отложили на 10 дней. Наверное, Боженька мне что-то подсказывал… — вспоминает Елена Владиславовна, мать Дениса.  — Во второй раз мы собрались в марте. Правда, решили обратиться к другому доктору, которого мне посоветовали. Но из-за того, что пришлось возвращаться домой за документами, того доктора мы уже не застали. Тогда мы легли в первую горбольницу к Цицею. Это был четверг, а в пятницу предстояла операция. Врач был весь в заботах. «Много операций, много операций». В пятницу около 9-ти утра я приехала к сыну, мы поцеловались, и он пошёл на операцию. Другие мальчики успокаивали меня, говорили, что операция несложная, зато потом, мол, ваш сын как задышит. Но через некоторое время пришёл доктор и говорит: «Спит». «В смысле?» — спрашиваю. «Спит». «Он дышит?» «Пока да». «Сердце бьётся?» «Да». На этом доктор уходит, а у меня начинается истерика. Сёстры начинают меня успокаивать, говорить, что всё нормально. А я смотрю, вышла анестезиолог, другие доктора… Я в коридоре начинаю рыдать. Но меня продолжают успокаивать, что всё нормально. Зашли в палату за Денискиной постелью, но его самого не везут и не везут. Тогда я зашла в ординаторскую и узнала, что сына повезли на МТР. Мы с родственницей ринулись туда, но возвращающиеся медсёстры сказали, что Дениса повезли в реанимацию. Мы бежим туда, в другой корпус, там Дениса некому поднять на второй этаж, мы просим людей, поднимаем сами. Там мы сидели час, пока из реанимации вышли и сказали, что со мной хочет поговорить главврач. Мы спустились к ней в кабинет — там сидел врач, который оперировал, главврач Елена Васильевна, анестезиологи. Они стали говорить, что, дескать, мамочка, к сожалению, такое бывает. Мы, мол, не исключаем своей вины, своей ошибки, но у вашего сына, видимо, был осколок, и этим осколком во время операции был задет сосуд. Но МРТ перед операцией это не показало! Да и знаю я всё о своём ребёнке, не было у него никакого осколка. Меня просили не переживать, сказали, что подключили лучших специалистов «тысячки», от меня ничего не скрывают и даже «некоторые расходы по «тысячке» возьмут на себя». Как я поняла, во время операции что-то произошло с инструментом… Но главврач рекомендовала мне ехать домой и заниматься своим вторым ребёнком».

Как рассказала женщина, в этот день ей самой пришлось искать людей, чтобы спустить сына со 2-го этажа в «скорую», которой его отвезли в «тысячку», где после двух часов ожидания врач озвучил диагноз: черепно-мозговая травма, на 2 см задет нерв правого глаза, инсульт, кровоизлияние, задета сонная артерия.

«Я спрашиваю: «Это по вине доктора?» И слышу в ответ: «Ну, не грибов же ваш сын объелся». Я кинулась к доктору, который оперировал, он стоял рядом. «Как вы могли?» А он: «К сожалению, такое бывает. Соскользнула рука». Понимаете, он долотом проткнул ребёнку череп», — заявляет мама умершего парня.

По ее словам, после консилиума в «тысячке» парня вечером транспортировали в областную клиническую больницу имени Мечникова на реанимобиле.

«Но ещё 12 дней я молилась за жизнь сына. В больнице имени Мечникова сразу посмотрели снимки МРТ и сказали, что пока операцию делать невозможно, потому что на сонной артерии образовался тромб. Надо разжижать кровь. На следующее утро был консилиум, профессор Зорин, нейрохирурги, другие специалисты. Приехал и Цицей. Нам показали много осколков у Дениски в голове, надорванную сонную артерию, сказали, что будут ставить стент… Каждое утро были консилиумы. Сына всё готовили к операции. На шестой день МРТ показало ухудшение. Пошёл отёк мозга. Заговорили о трепанации черепа, но хирург сказал, что не видит в этом смысла. Вдруг Денисочке стало чуть лучше — он начал реагировать, руку сжимать, глазки приоткрывать. Прошло ещё три дня, состояние было стабильно тяжёлым, но его поддерживали, как бы готовили к операции. Но он впал в кому… А на 12-ый день, придя в больницу, мы не нашли своего сына в списке пациентов реанимации, — рассказала Елена Столярчук.

«Вывод судебно-медицинской экспертизы, которую сделали в Днепре, гласит, что «смерть наступила вследствие хирургического вмешательства». Патологические состояния или болезни, которые привели к смерти: «Отёк головного мозга, перелом основания черепа, открытая черепно-мозговая травма, случайный порез, прокол, прорыв или кровотечение во время хирургической операции», — пишет журналист и напоминает, что в марте нынешнего года исполнилось 8 лет с того дня, как в той же больнице тем же доктором была проведена такая же операция по выравниванию перегородки носа, вследствие которой от несовместимых с жизнью травм скончался 42-летний Владимир Клименко.

Как сообщила Наталия Шишка, в 2009 году по факту смерти Владимира Клименко было возбуждено уголовное дело по ст. 140 ч. 1 «неисполнение или ненадлежащее исполнение медицинским … работником своих профессиональных обязанностей, в результате халатного и недобросовестного к ним отношения, если это причинило тяжкие последствия для больного». Обвинительное заключение в отношении заведующего лоротделением первой горбольницы Владимира Цицея было передано в начале 2010 года. Но несмотря на то, что вина врача в смерти Владимира Клименко была установлена, никакой ответственности он не понёс. 26 апреля 2012 года дело по обвинению Владимира Цицея по ст. 140 ч. 1 УК Украины было прекращено по ходатайству его адвоката в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

«…Несовместимые с жизнью травмы практически здоровые люди получали на операционном столе от действий врача при выполнении несложной операции», — отметила журналист и добавила:

«…В больнице во главе с тем же главврачом Еленой Шаповал, как и 8 лет назад, не желали предоставлять следствию медицинскую документацию. После трёх письменных отказов документация и хирургическое долото были изъяты по решению суда. Владимир Цицей якобы уволен сразу на второй день после случившегося. Ни подтвердить, ни опровергнуть этот факт из первоисточника мы не смогли. Главврач Елена Шаповал не изъявила желания ответить на вопросы. А Владимир Цицей, ответив на телефонный звонок, сказал, что он… находится в церкви и не может говорить. Как стало известно, от дачи показаний следствию он тоже отказался».

А поделиться?



Читайте также: